Александр КАСЫМОВ
ГОРОДОК
ПОВЕСТВОВАНИЕ-КВАДРАТ
…высокие
разговаривающие стороны …
СТОРОНА А.
Петров
Я шел по главной улице небольшого городка. Меня
окликнули:
-Вы Петров?
Я, незадолго до этого почувствовавший себя
Петровым, удивился:
-А откуда вы знаете?
-Кто ж этого не знает? – был причудливый ответ.
-Кто ж?
-Он, - указали мне пальцем.
Я посмотрел туда – и ничего не увидел.
Я
Между я и ты-вы всегда помещаются он, она, оно –
их много, они толкаются. Для я не остается
жизненного пространства. Оно вынужденно
прижимается к ты-вы. Жизнь продолжается.
неЯ
Я шел по главной улице небольшого городка. Меня
окликнули:
-Вы?
-Нет, - ответил я, завязывая шнурки, - не я!
И посмотрел на номер дома, возле которого родился
неЯ.
Ты
Никакого ты на самом деле не существует,
понимаешь?
НеТы
Я шел по главной улице небольшого городка. Меня
окликнули:
-Ты?
-Нет, - ответил я, завязывая шнурки, - не ты!
И посмотрел на номер дома, возле которого родился
неТы. (На самом деле никакого неТы не существует,
не понимаешь?)
Оно
Оно бывает круглым и квадратным. Круглое можно
катать – и тогда на главной улице небольшого
городка бывает музыка: о! Квадратное можно
бросать – и тогда все равно бывает музыка: о-о!
Сидоров
Я шел по главной улице небольшого городка. Меня
окликнули:
-Вы Сидоров?
Я, незадолго до этого почувствовавший себя
Сидоровым, удивился:
-А откуда вы знаете?
-Кто ж этого не знает? – был причудливый ответ.
-Кто ж?
-Он, - указали мне пальцем.
Я посмотрел туда – и ничего не увидел.
Чувство семьи единой возникнет в тебе, если
нарвешь ночью на городском кладбище цветущей
махровыми цветами крапивы, натрешься до волдырей
развесистых ее крепким стеблем и ляжешь спать
сном бессонным под вьетнамской циновкой при
открытом балконе. В три часа по полуночи задует сиверко и принесет с
собою гиперборейского дракона о трех песьих
головах на триединой шее. И просунется в
балконную дверь первая голова и плюнет. А затем
просунется вторая и харкнет. А опосля третья и
глубоко задумается, глядя на твою бессонность. И
опять разыграется ветер в твоей голове. И ничего
не станет. Но зато возникнет чувство. И ты ощутишь
себя сразу и Петровым, и Сидоровым, и собакой
Павлова, и лошадью Пржевальского, и крейсером
“Аврора” на глубоком молекулярном уровне.
СТОРОНА В.
Петров
Другой Петров, данный мне в моих ощущениях,
сидел на плетне, расположенном неподалеку от
главной улицы небольшого городка. Тень
наводилась на плетень. Петров курил цигарку.
Они
Они всегда страдают от я, ты, вы, мы.
Местоимения – часть речи.
Их разъединяют запятые.
Хоровое дирижирование
Никогда не мог понять, чем хормейстер
отличается от концертмейстера…
А какой у меня голос – первый, второй, третий?..
Надо будет посчитать.
неОни
НеОни – значит не они.
И одеваются не так, и ходят, и летать не умеют. И
яйца не кладут.
Сидоров
Другой Сидоров, данный мне в моих ощущениях,
сидел на заборе, расположенном неподалеку от
главной улицы небольшого городка. У забора была
тень. И у Сидорова была тень. Сидоров был
некурящим. Он был пьющим.
О режиссуре массовых
представлений
Представления у каждого свои. И только режиссер
знает, сколько сил надо потратить и пота пролить.
Оно
Оно бывает квадратным и круглым. Квадратное
можно бросать – и тогда все равно бывает музыка:
о-о! Круглое можно катать – и тогда на главной
улице небольшого городка бывает музыка: о! Но
самое страшное, когда оно неправильной формы.
Тогда надо кричать: неправильно! А за криком
музыки не слышно.
Метранпаж
Просто красивое слово!
Я был знаком с некоторыми метранпажами.
Они были женщины.
Поправка
Сторона В. – неправильная сторона.
Дальше будет еще интересней.
Исправить ошибку можно, только совершив новую.
Со своей стороны, водитель трамвая тоже имеет
право на собственную точку зрения. Когда он
поутру выезжает из трамвайного депо в
свежевымытом грозою трамвае и проезжает мимо
кладбища, где распевается птица-говорун и
соловей-разбойник хлопает вороньими крыльями, он
радостно констатирует: биоценоз, твою мать,
флуктуации!..
И в чем же смысл жизни в нашем регионе после
стольких лет реформ? Что такое реформы, каждый
понимает по-моему, а я уже никак не понимаю.
Я чувствую теснение в груди и небывалое волнение,
когда двенадцать раз бьют часы на Спасской башне
и из гроба встают гренадеры далекого прошлого: в
плену император, в плену!.. А где еще быть
императору?
СТОРОНА С.
Петров
А еще один Петров на самом деле был мистером
МакКинли (кстати, мне очень нравится, как это
пишется – с большой буквой в
середине слова; если вы заметили, я тоже пишу
некоторые слова с большой буквой внутри – в этом есть вызов и безысходность
сразу).
Но он и не думал никуда убегать.
Я
…(мне очень нравится, как это
пишется – с большой буквой в
середине слова, а иногда и без нее – свобода творчества; если вы
заметили, я тоже пишу некоторые слова с большой
буквой внутри – в этом есть
вызов и безысходность сразу, а свободы
творчества нету).
Я никогда не был в том городке и
никогда не встречал ни Петрова, ни Сидорова, ни
старуху Федератовну.
Сидоров
…Дорогой товарищ МакКинли, в то
время, как в Америке предают афроамериканцев
суду Линча, прошу выделить
мне грант для работой над темой “Сидоров как”.
Эх, Сидоров, Сидоров, шнурки-то
развязались!
Они
Если бы я жил в небольшом городке, они бы
собирались под моим окошком с намерением,
устроив пьяную оргию, помешать моему
кропотливому труду над произведением
“Городок”. Они боятся прожектора перестройки, и
в их намерение входит.
И выходит.
НеЯ
НеЯ некогда был в том городке и встречал ни
Петрова, ни Сидорова, ни старуху Федератовну.
Встречи были теплыми. Домны подсвечивали небо во
время плавок розовым.
НеЯ писал пародию. В то время теория отражения
заставляла думать его о моих серьезных
намерениях. НеЯ не думал.
Корифей
Гиперборей, борея, реет.
Коринф – моя деревня!..
Совсем другой Петров
Плетень, тын, ограда, забор, решетка Летнего
сада …
И на все – про
все – один Петров.
Или несколько.
Совсем другой Сидоров
Но ему может помочь случайный прохожий. А среди
наших прохожих каждый пятый носит фамилию,
которая начинается на С.
Поправка
Сторона С. – неправильная сторона.
Дальше будет, конечное дело, еще интересней.
Исправить и эту ошибку можно, только совершив
новую.
Но можно и не исправлять.
Хор имени крейсера “Аврора ”
Салют наций из всех орудий
по всем штабам.
Stabat mater doloroza, но восходит заря
свободы.
Старуха гренадерского роста
реяла облаком над полевым станом колхоза “Искры
из глаз”, которые теперь называются АКХ.
Акхчи!
Еще выше за правым краем небосклона шел по стерне
трамвай из того самого депо, о котором мы писали.
Песьи головы высовывались из-за кургана и
наблюдали за процессом дальнейшего развития и
усовершенствования, время от времени согласно
кивая.
Бог – это дружба народов, стремящихся к
электрификации души. Провода в соломе тянутся от
сердца к сердцу, оплетая городок мировой
паутиной.
Старуха, не дождавшись добычи, обернулась тучкой
и пролилась очистительным дождем, не замочив ног,
но повлияв на отношения в трудовом коллективе.
Отношений не стало.
СТОРОНА D.
Петров встречается с Сидоровым …
…и не узнав
его, проходит мимо по периметру городка.
Сидоров встречается с Петровым…
…и, узнав его, прячется в чужом
дворе, переодевается в женское платье и уезжает в
Аргентину, где просит политического убежища.
Они
Они никогда не понимают того, что на самом деле
происходят, воруют и платят нам меньше, чем мы
того заслуживаем.
Происшествие
По периметру городку прошествовал Петров, не
узнав Сидорова.
Сидоров давал интервью в Буэнос-Айресе, но его не
взяли.
Оно
Оно катилось, катилось и докатилось.
Стало тихо и задумчиво.
Я
Я всю жизнь мечтал о том времени, когда станет
тихо и задумчиво, и я запишу все свои мысли.
НеЯ
НеЯ записал все свои мысли на бумаге – и стало тихо и задумчиво.
Господи Исусе…
Муж пошел за водкой.
Шнурки
Шнурки, которые раньше развязывались в
полуботинках Петрова и ботинках Сидорова в то
время, как они в разное
историческое время играли в городки, зажили
самостоятельной жизнью. Они витали в облаках.
Становилось кучевее.
И перистее.
Оркестр
Я никогда не играл в оркестре.
НеЯ никогда не играл в оркестре.
Оно катилось по амфитеатру.
Дирижер махал шнурками.
Они
Мне все равно, что они завтра напишут в газетах.
Или послезавтра.
НеОни
Мне все равно, что неОни завтра напишут в
газетах.
Или никогда.
В последний час
Час пробил.
Оно покатилось…
Поправка
Хватит каяться!
И стало далеко видно на все четыре стороны и
остальные двадцать четыре.
По полю по росе шел Василий Аксенов и бежала
собака Качалова. На полевом стане варили щи и
читали свежие новости в иностранной газете.
Песьи головы аппетитно булькали в котелке.
Светило светило.
Погода не смотрела на глобальные изменения
климата – была хорошей.
Чувство семьи единой возникнет в тебе, если
нарвешь ночью на городском кладбище цветущей
махровыми цветами крапивы, натрешься до волдырей
развесистых ее крепким стеблем и ляжешь спать
сном бессонным под вьетнамской циновкой при
открытом балконе. Или не возникнет…
На полевом стане, в прокатном цехе, в зале
заседаний Государственной Думы…
Дикие лебеди пролетали по небесному окаему и
ласково жмурились на теплое солнышко. “Летим с
нами!” – кричали Нильсу Петрову дикие гуси. “Ишь
чего выдумали!” – забурчала костлявая старуха
Федериловна, появляясь из-за пахучей скирды.
Трамвай плавно встал на рельсы и покатил по
главной улице городка, по всем сторонам которой
прохаживались герои этого повествования.
Приложения
№ 1
Опротивели Марусе
Петухи да гуси.
Сколько ходит их в Тарусе,
Господи Исусе!
Н. Заболоцкий. Городок
№ 2
Справка
Дана писателю в том, что на учете состоял, но
конторской работой заниматься и публично
выступать с сообщениями может. Общественной
опасности не представляет.
Предоводитель дворянства (фамилия
неразбочива).
№ 3
Будущее рождается сегодня
Вчера в здании муниципалитета в торжественной
обстановке открылись Третьи Сидоровские чтения.
С докладом “Городки как искусство возможного и
часть эстетической среды Городка” выступил профессор Сорбонны
выходец из нашего города Анри Шенье де Сидорофф.
В прениях по докладу с сообщением “Квадрат, или
Социально-архитектурная модель Городка с
перспективой до 2010 года” выступил
действительный член городского совета спасения
на водах известный писатель
(фамилия оборвана)…
Чтения приветствовали гости из
АКХ “Искры из глаз” (фамилии раскурены). Они
вручили участникам большой душистый каравай со
счастливой улыбкой.
Сидор Петров,
специальный корреспондент (название газеты
изжевано козами).
№ 4
План городка
(описание)
Городок в плане представляет собой правильный
квадрат, изнутри перечеркнутый диагоналями, по
которым ходит трамвай. А где у квадрата какая
сторона, об этом пока решения муниципальных
властей не последовало, но обязательно
последует.
Это выглядит с самолета как обратная сторона
конверта.
Но самолеты над небольшим
городком не летают, а летают только пчелы, а всем
известны особенности их восприятия
действительности. Кстати,
тын, плетень, забор и ограда Летнего сада – повсеместные приметы нового быта,
строящегося на социально-экономической базе
рыночных отношений.
|